Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
00:42 

Если ты веришь в батюшку, а не в Бога.

Если ты веришь в батюшку — поводов для разочарования найдется немало, но если ты веришь в Господа, — в Нем ты никогда не разочаруешься! Трагедии происходят, когда люди не умеют различать эти понятия.
Мы обязаны пастырям несравненно более, чем нашим плотским отцам, потому что эти рождают нас для мира и для жизни с миром, а те – для неба и для вечной жизни с Богом.
Дары Божии не таковы, чтобы они зависели от священнической добродетели.
Св. Иоанн Златоуст

Слово св. Иоанна Златоуста, како подобает чтити Иерея:
В приходах, где между православными много раскольников, последние обыкновенно всеми мерами стараются разлучить первых с Православною Церковью и для этого вооружают их против священников. Чуть заметят малейший проступок за православным пастырем, сейчас же и пошли повсюду трубить: "смотрите, каков у вас пастырь: что делает, как живет? Разве можно такого слушать? можно на дух к такому ходить?" и т.д. И простецы из православных часто поддаются злым внушениям против своих отцов духовных, оставляют их и от Церкви бегут и, становясь раскольниками, вместе становятся и сами хулителями Иереев Христовых. Чтобы злым хулителям заградить уста, а вас, братие, удалить от их хульных внушений и клевет на пастырей, предлагаем вам выслушать следующее слово св. Златоуста о том, како подобает чтить Иерея.
"Если Иерей, - говорит св. Златоуст, - право учит, не на жизнь его смотри, но слушай учение его. И не говори: почему же он меня учит, а сам того не исполняет? - На нем лежит обязанность учить всех, и если он не исполняет, за это он Господом осудится. А если ты не будешь слушать его, также осудишься, ибо так говорит Господь: слушаяй вас, Мене слушает; а отметаяйся вас, Мене отметается; и иже вас хулит, Мене хулит. Не дело, братие, овцам хулить пастыря; он за вас и за братии ваших каждый день службу приносит; утром и вечером в церкви и вне церкви Бога молит о вас. Обо всем этом размыслите и почтите его, как отца. Скажешь: "он грешен и зол". Да тебе что за дело? Если и добрый за тебя будет молиться, какая тебе польза, если ты неверен? А если ты верен, то тебе нисколько не повредит его недостоинство. "Благодать от Бога подается. Иерей только уста отверзает, а творит все Бог". Не ясно ли отсюда, братие, что всеми священниками Бог действует, хотя бы и недостойны были. Размыслите: кто нас спасает: священник или Бог? Кто нам подает благодать в таинствах? Кто принимает молитвы наши в церкви? Чье слово читает или говорит священник в храме? Очевидно, Божие и, очевидно, что все наше спасение в руки Господней, а не священника. И притом: если уж ты подлинно хочешь спастись чрез священника, так ищи в таком случае священника безгрешного. А найдешь ли такового? Увы, все мы грешники от первого до последнего. Никтоже бо чист от скверны, аще и един день жития его на земли. Поэтому, чем священников зазирать, каковы бы они ни были, чем от священников бегать и чрез них от Церкви, не лучше ли бежать от их хулителей? Пока ты будешь в Церкви, то и с грешным священником всегда, если захочешь, спасешься, а с хулителями вне Церкви всегда пропадешь; ибо, как бы ни казались они тебе святы, все-таки никогда не забывай, что нет у них ни Церкви, ни таинств, а, следовательно, и благодати Божией.
Аминь.

16:00 

Храм 10 лет назад и сейчас.


11:11 

Три старца

А молясь, не говорите лишнего, как язычники: ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны. Не уподобляйтесь им; ибо знает Отец ваш, в чем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него (Матф. VI, 7, 8). Плыл на корабле архиерей из Архангельска-города в Соловецкие. На том же корабле плыли богомольцы к угодникам. Ветер был попутный, погода ясная, не качало. Богомольцы — которые лежали, которые закусывали, которые сидели кучками — беседовали друг с дружкой. Вышел и архиерей на палубу, стал ходить взад и вперед по мосту. Подошел архиерей к носу, видит, собралась кучка народа. Мужичок показывает что-то рукой в море и говорит, а народ слушает. Остановился архиерей, посмотрел, куда показывал мужичок: ничего не видно, только море на солнце блестит. Подошел поближе архиерей, стал прислушиваться. Увидал архиерея мужичок, снял шапку и замолчал. Увидал и народ архиерея, тоже сняли шапки, почтенье сделали.

— Не стесняйтесь, братцы, — сказал архиерей. — Я тоже послушать подошел, что ты, добрый человек, рассказываешь.

— Да вот про старцев нам рыбачок рассказывал, — сказал один купец посмелее.

— Что про старцев? — спросил архиерей, подошел к борту и присел на ящик. — Расскажи и мне, я послушаю. Что ты показывал?

— Да вот островок маячит, — сказал мужичок и показал вперед в правую сторону.

— На этом самом островке и старцы живут, спасаются.

— Где же островок? — спросил архиерей.

— Вот по руке-то моей извольте смотреть. Вон облачко так по левее его вниз, как полоска, виднеется.

Смотрел, смотрел архиерей, рябит вода на солнце, и не видать ему ничего без привычки.

— Не вижу, — говорит. — Так какие же тут старцы на острове живут?

— Божьи люди, — ответил крестьянин. — Давно уж я слыхал про них, да не доводилось видеть, а вот запрошлым летом сам видел.

И стал опять рассказывать рыбак, как ездил он за рыбой и как прибило его к острову этому, и сам не знал, где он. Поутру пошел ходить и набрел на земляночку и увидал у земляночки одного старца, а потом вышли и еще два, покормили и обсушили его и помогли лодку починить.

— Какие же они из себя? — спросил архиерей.

— Один махонький, сгорбленный, совсем древний, в ряске старенькой, должно, годов больше ста, седина в бороде уж зеленеть стала, а сам все улыбается и светлый, как ангел небесный. Другой ростом повыше, тоже стар, в кафтане рваном, борода широкая, седая с желтизной, а человек сильный: лодку мою перевернул как ушат, не успел я и подсобить ему, — тоже радостный. А третий высокий, борода длинная до колен и белая как лунь, а сам сумрачный, брови на глаза висят, и нагой весь, только рогожкой опоясан.

— Что ж они говорили с тобой? — спросил архиерей.

— Все больше молча делали и друг с дружкой мало говорят. А взглянет один, а другой уж понимает. Стал я высокого спрашивать, давно ли они живут тут.

Нахмурился он, что-то заговорил, рассердился точно, да древний маленький сейчас его за руку взял, улыбнулся, — и затих большой. Только сказал древний «помилуй нас» и улыбнулся.

Пока говорил крестьянин, корабль еще ближе подошел к островам.

— Вот теперь вовсе видно стало, — сказал купец. — Вот извольте посмотреть, ваше преосвященство, — сказал он, показывая.

Архиерей стал смотреть. И точно увидал черную полоску — островок. Посмотрел, посмотрел архиерей и пошел прочь от носу к корме, подошел к кормчему.

— Какой это островок, — говорит, — тут виднеется?

— А так, безыменный. Их много тут.

— Что, правда, говорят, тут старцы спасаются?

— Говорят, ваше преосвященство, да не знаю, правда ли. Рыбаки, говорят, видали. Да тоже, бывает, и зря болтают.

— Я желаю пристать к острову — повидать старцев, — сказал архиерей. — Как это сделать?

— Кораблем подойти нельзя, — сказал кормчий. — На лодке можно, да надо старшого спросить.



Вызвали старшого.

— Хотелось бы мне посмотреть этих старцев, — сказал архиерей. — Нельзя ли свезти меня?

Стал старшой отговаривать.

— Можно-то можно, да много времени проведем, и, осмелюсь доложить вашему преосвященству, не стоит смотреть на них. Слыхал я от людей, что совсем глупые старики эти живут, ничего не понимают и ничего и говорить не могут, как рыбы какие морские.

— Я желаю, — сказал архиерей. — Я заплачу за труды, свезите меня.

Нечего делать, распорядились корабельщики, переладили паруса. Повернул кормчий корабль, поплыли к острову. Вынесли архиерею стул на нос. Сел он и смотрит. И народ весь собрался к носу, все на островок глядят. И у кого глаза по-вострее, уж видят камни на острове и землянку показывают. А один уж и трех старцев разглядел. Вынес старшой трубу, посмотрел в нее, подал архиерею. «Точно, — говорит, — вот на берегу, поправей камня большого, три человека стоят».

Посмотрел архиерей в трубу, навел куда надо; точно, стоят трое: один высокий, другой пониже, а третий вовсе маленький, стоят на берегу, за руки держатся.

Подошел старшой к архиерею.

— Здесь, ваше преосвященство, остановиться кораблю надо. Если уж угодно, так отсюда на лодке вы извольте съездить, а мы тут на якорях постоим.

Сейчас распустили трос, кинули якорь, спустили парус, — дернуло, зашаталось судно. Спустили лодку, соскочили гребцы, и стал спускаться архиерей по лесенке. Спустился архиерей, сел на лавочку в лодке, ударили гребцы в весла, поплыли к острову. Подплыли как камень кинуть; видят — стоят три старца: высокий — нагой, рогожкой опоясан, пониже — в кафтане рваном и древненький сгорбленный — в ряске старенькой; стоят все трое, за руки держатся.

Причалили гребцы к берегу, зацепились багром. Вышел архиерей.

Поклонились ему старцы, благословил он их, поклонились они ему еще ниже. И начал им говорить архиерей:

— Слышал я, — говорит, — что вы здесь, старцы Божий, спасаетесь, за людей Христу-Богу молитесь, а я здесь, по милости Божьей, недостойный раб Христов, Его паству пасти призван; так хотел я вас, рабов Божиих, повидать и вам, если могу, поучение подать.

Молчат старцы, улыбаются, друг на дружку поглядывают.

— Скажите мне, как вы спасаетесь и как Богу служите, — сказал архиерей.

Воздохнул средний старец и посмотрел на старшего, на древнего; нахмурился высокий старец и посмотрел на старшего, на древнего. И улыбнулся старший, древний старец и сказал:

«Не умеем мы, раб Божий, служить Богу, только себе служим, себя кормим».

— Как же вы Богу молитесь? — спросил архиерей.

И древний старец сказал: «Молимся мы так: трое Вас, трое нас, помилуй нас!»

И как только сказал это древний старец, подняли все три старца глаза к небу и все трое сказали: «Трое Вас, трое нас, помилуй нас!»

Усмехнулся архиерей и сказал:

— Это вы про Святую Троицу слышали, да не так вы молитесь. Полюбил я вас, старцы Божий, вижу, что хотите вы угодить Богу, да не знаете, как служить Ему. Не так надо молиться, а слушайте меня, я научу. Не от себя буду учить вас, а из Божьего писания научу тому, как Бог повелел всем людям молиться ему.

И начал архиерей толковать старцам, как Бог открыл Себя людям: растолковал им про Бога Отца, Бога Сына и Бога Духа Святого и сказал:

— Бог Сын сошел на землю людей спасти и так научил всех молиться. Слушайте и повторяйте за мной.

И стал архиерей говорить: «Отче наш». И повторил один старец: «Отче наш», и повторил и другой: «Отче наш», повторил и третий: «Отче наш». — «Иже еси на небесех». Повторили старцы: «Иже еси на небесех ». Да запутался в словах средний старец, не так сказал; не выговорил и высокий, нагой старец: ему усы рот заросли — не мог чисто выговорить; невнятно прошамкал и древний беззубый старец.

Повторил еще раз архиерей, повторили еще раз старцы. И присел на камушек архиерей, и стали около него старцы, и смотрели ему в рот, и твердили за ним, пока он говорил им. И весь день до вечера протрудился с ними архиерей; и десять, и двадцать, и сто раз повторял одно слово, и старцы твердили за ним. И путались они, и поправлял он их, и заставлял повторять сначала.

И не оставил архиерей старцев, пока не научил их всей молитве Господней. Прочли они ее за ним и прочли сами. Прежде всех понял средний старец и сам повторил ее всю. И велел ему архиерей еще и еще раз сказать ее и еще повторить, и другие прочли всю молитву.

Уж смеркаться стало, и месяц из моря всходить стал, когда поднялся архиерей ехать на корабль. Простился архиерей с старцами, поклонились они ему все в ноги. Поднял он их и облобызал каждого, велел им молиться, как он научил их, и сел в лодку и поплыл к кораблю.

И плыл к кораблю архиерей, и все слышал, как старцы в три голоса громко твердили молитву Господню. Стали подплывать к кораблю, не слышно уж стало голоса старцев, но только видно было при месяце: стоят на берегу, на том же месте, три старца — один поменьше всех посередине, а высокий с правой, а средний с левой стороны. Подъехал архиерей к кораблю, взошел на палубу, вынули якорь, подняли паруса, надуло их ветром, сдвинуло корабль, и поплыли дальше. Прошел архиерей на корму и сел там и все смотрел на островок. Сначала видны были старцы, потом скрылись из вида, виднелся только островок, потом и островок скрылся, одно море играло на месячном свете.

Улеглись богомольцы спать, и затихло все на палубе. Но не хотелось спать архиерею, сидел он один на корме, глядел на море, туда, где скрылся островок, и думал о добрых старцах. Думал о том, как радовались они тому, что научились молитве, и благодарил Бога за то, что привел Он его помочь Божьим старцам, научить их слову Божию.

Сидит так архиерей, думает, глядит в море, в ту сторону, где островок скрылся. И рябит у него в глазах — то тут, то там свет по волнам заиграет. Вдруг видит, блестит и белеется что-то в столбе месячном: птица ли, чайка или парусок на лодке белеется. Пригляделся архиерей. «Лодка, — думает, — на парусе за нами бежит. Да скоро уж очень нас догоняет. То далеко, далеко было, а вот уж и вовсе виднеется близко. И лодка не лодка, на парус не похоже. А бежит что-то за нами и нас догоняет». И не может разобрать архиерей, что такое: лодка не лодка, птица не птица, рыба не рыба. На человека похоже, да велико очень, да нельзя человеку середь моря быть. Поднялся архиерей, подошел к кормчему:

— Погляди, — говорит, — что это? Что это, братец? Что это? — спрашивает архиерей, а уж сам видит — бегут по морю старцы, белеют и блестят их седые бороды, и, как к стоячему, к кораблю приближаются.

Оглянулся кормчий, ужаснулся, бросил руль и закричал громким голосом:

— Господи! Старцы за нами по морю, как по суху, бегут!

Услыхал народ, поднялся, бросились все к корме. Все видят: бегут старцы, рука с рукой держатся — крайние руками машут, остановиться велят. Все три по воде, как по суху, бегут и ног не передвигают.

Не успели судна остановить, как поравнялись старцы с кораблем, подошли под самый борт, подняли головы и заговорили в один голос:

— Забыли, раб Божий, забыли твое ученье! Пока твердили — помнили, перестали на час твердить, одно слово выскочило — забыли, все рассыпалось. Ничего не помним, научи опять.

Перекрестился архиерей, перегнулся к старцам и сказал:

— Доходна до Бога и ваша молитва, старцы Божий. Не мне вас учить. Молитесь за нас, грешных!

И поклонился архиерей в ноги старцам. И остановились старцы, повернулись и пошли назад по морю. И до утра видно было сиянье с той стороны, куда ушли старцы.

22:50 

Ирмосы Канона РХ.


23:05 


Упокой, Господи, душу верной рабы Твоея Марии!
Прошло 9 дней с тех пор как из жизни, из нашего суетного, шумного мира ушла теплая, милая, добрая женщина- ….. Мария Григорьевна Карнюхова. В нашем храме её звали просто - тетя Маша. Весь наш приход состоит из людей подвизающихся, идущих трудной тропой к Богу. Долгая дорога в снег и дождь, в темную ночь и жаркий день… Красота и благолепие храма, буквально преобразившегося в последние годы, значат для многих меньше, чем трудности, которые приходится претерпевать. Все это отсеивает, отводит людей от нашего храма. Те же, кто остается, остается по велению сердца и с готовностью через труд и смирение идти к Богу.
Таким человеком была и тетя Маша. Скромная, открытая, внимательная, она честно выполняла свои обязанности. Много лет она стояла у канона, заботливо помогая прихожанам ставить свечи за упокой души родных и близких. После окончания службы для тети Маши начиналось новое послушание - уборка храма. Она всегда считала, что дом Бога должен быть чистым и аккуратным. А еще она всегда молилась: за детей, внуков, за «своего дедушку», который уже ушел из этого мира. Молилась обо всех нас… Для Марии Григорьевны не было другой заботы - как переживание и помощь окружающим её людям.
Не было? Нет, была. Каждый человек уходит из жизни неожиданно. Но к смерти можно подготовиться - отдать себя в руки Бога, быть спасенным через Иисуса Христа, сейчас, пока еще есть время. Тетя Маша всегда знала об этом, думала о чистоте и красоте собственной души, со смирением и трепетом приступала к таинству исповеди и причастия. И Господь сподобил нашу Марию Григорьевну причаститься Святых Христовых Таин незадолго до смерти.
Горестно потерять дорогого, близкого человека! Но мы, христиане, знаем, что есть Бог, он ВСЕВИДЯЩИЙ, ВСЕЗНАЮЩИЙ. Только у Него нужно искать поддержку, помощь, мудрость, совет, силы…Он никого не отталкивает.
А нашу милую сестру Марию пусть Он примет в свои райские обители, «идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь безконечная».

Автор - Талаева Наталия Евгеньевна.

10:14 

Зачем мне это было нужно?/Игумен Нектарий (Морозов)

Когда случается человеку согрешить – а случается, к прискорбию, нередко, – то наряду с прочими горькими мыслями приходит и такая: «Зачем? Зачем мне все это было нужно?» И, наверное, именно она особенно сильна и полезна как своего рода прививка от грехов последующих. Ведь и правда, как часто мы согрешаем не только в результате какого-то по-настоящему серьезного, пламенного искушения. Согрешаем не из-за того, что что-то неудержимо влекло нас к этому греху – так бывает, но далеко не всегда. И даже не потому согрешаем, что хотели чего-либо действительно сильно. А… просто, ни почему. www.pravoslavie.ru/put/57633.htm

16:47 

Вот такую штуку мне прислали!

Дорогие отцы и педагоги!
Приглашаю вас на круглый стол «Семейное воспитание школьников на основе православных ценностей».
Семинар состоится 22 ноября 2012 года в здании Воскресной школы при Анно-Зачатьевском храме в 11.00.

С уважением, священник Михаил Тарасов.

14:41 

понравилась статья

"ПРАВОСЛАВИЕ И СОВРЕМЕННОСТЬ": Заметки церковной певчей, или Клиросные искушения"
Я-регент
Когда я просила у своего духовника благословения петь на клиросе, он произнес фразу, на которую я в тот момент не обратила особого внимания: "Клирос — это передовая. Передний край. Не любит лукавый церковного пения, так что жди искушений". Через месяц со слезами пришла к духовнику за новым благословением — с клироса уйти: "Не могу, не получается, не мое это". Ответ был суров: "Уйдешь, когда выгонит регент. Считай это своим послушанием. Надо терпеть и учиться". Теперь и представить не могу, как бы жила без пения. Хотя до сих пор иногда спрашиваю себя: а решилась бы я пойти в хор, если б знала, сколько будет обещанных искушений?

Недавно на одном из регентско-певческих форумов в интернете прочитала: певчие, мол, церковная "элита": ни дисциплины, ни молитвы, масса высокомерия и самомнения. Хотела было возмутиться, но… передумала. Потому что, к великому моему сожалению, определенная толика правды в этой филиппике присутствует. Моя цель заключается не в том, чтобы напугать желающего петь в церковном хоре — хочется, чтобы новичок, пусть и в общих чертах, но представлял, что его ждет и к чему надо быть готовым.
Когда у человека, пришедшего в церковь, заканчивается новоначальный период, он понимает, что быть христианином — дело совсем непростое. Намного быстрее певчий-новичок понимает, что Богу петь трудно. Хорошо, когда певчий "вырастает" из детского хора — основные премудрости ему уже
известны, да и сам процесс вхождения в хор протекает безболезненно. Беда в том, что такой "переход" совершают единицы. Да и не каждому храму под силу воспитывать детский хор.
Обычно на клирос попадают двумя путями (не берем во внимание
профессиональных певцов). В храме уже есть большой, сильный хор или даже два — "правый" и "левый" (именуемый также любительским, учебным или будничным). Прихожанин (или чаще прихожанка), исправно поющий вместе со всеми "Верую" и "Отче наш", наконец набирается храбрости, подходит к регенту и робко спрашивает: "А можно мне в хор… попробовать?". Второй
вариант — в храме вообще некому петь, кроме матушки-регента, которая во время общенародного пения чутко прислушивается и наконец подходит к потенциальному певчему: "Говорят, вы три класса музыкальной школы окончили когда-то? Может, попробуете на клиросе петь?".
Человек начинает пробовать. Чаще всего на первой же спевке или службе выясняется, что он ничего не знает и не умеет. А если и умеет, то как-то не так. Пока загибал пальцы, чтобы не перепутать гласовые колена, оказалось, что пропел стихиру или тропарь, не поняв, о чем там речь. Пока следил за нотами, ектения кончилась, а помолиться так и не успел. Да и вообще служба пролетела, как одна минута, оставив физическое ощущение выполненных погрузочных работ, особенно, если хор маленький и нужно именно петь, а не подпевать. А как же "едиными усты Бога славить"?
Когда молился в храме, все несколько по-иному представлялось… Вот и первое искушение новичка.
Хорошо, если человеку сразу кто-нибудь объяснит, что молитва на клиросе творится больше делом, чем словом. Благолепное пение, побуждающее к молитве предстоящих,— само по себе молитва. А то ведь не редкость певчие, которые одновременно сугубую ектению поют и помянник читают. И то, и другое получается плохо…
Бывает, что плохо спели, регент замечание сделал, и сразу — уныние и "никакая-я-не-певчая!". Хорошо спели — хочется себя похвалить: "Надо же, как у меня хорошо получается!". Мне духовник в любом случае советовал Господа благодарить. Хорошо получилось — "Слава Богу!". Плохо — все равно "Слава Богу!"… На многих клиросах есть икона покровителя певчих — преподобного Романа Сладкопевца. А я бы посоветовала еще и житие его в моменты уныния перечитывать. И думать: "А действительно ли мне хочется Богу петь, как святой Роман того желал, или я просто свое тщеславие тешу?".

Дисциплина на клиросе — притча во языцех. Особенно в больших
"праздничных" хорах, где часто поют невоцерковленные профессиональные певцы. Без опозданий, разговоров и препирательств с регентом мало где обходится. Далеко не каждого регента хватает и на музыкальную часть, и на воспитательную. Да и не каждый решится "воспитывать" нерадивую приму:
обидится и уйдет, ищи потом другого при небольшой зарплате…
О зарплате — разговор особый. Левые хоры обычно поют во славу Божию. Им, с какой-то стороны, проще. Хотя и здесь есть опасность впасть в прелесть: "Вот они, корыстолюбцы, за деньги поют, а я — бессребреник". У "корыстолюбцев" из правого хора своя забота: ставка маленькая и служб по графику меньше, чем хотелось бы. Ставка действительно маленькая везде, кроме больших соборов в крупных городах. Как-то я дала объявление:
"Требуются певчие", указала нашу обычную ставку. Получила совет: за такие деньги ищите бабушку или дедушку из прихожан.
Кстати, тема оплаты труда — одна из животрепещущих. Ясно одно: прожить на зарплату регента или певчего нереально. Однако настоящих подвижников пения Господь милостью Своей не оставляет. Но бывает, человек думает: "Настоящий певчий разбрасываться не должен, мне нужно семью кормить,
стало быть, лучше вообще петь не буду, чем халтурить". Обычно такие "бывшие певчие" в душе понимают, что не правы, но на тех, кто клирос совмещает с другой работой (а таких большинство), страшно злятся.
Впрочем, мне кажется, "бывших певчих" вообще нет. Есть люди, которые пришли на клирос подработать или получить удовольствие от процесса пения и красивой музыки — как в хоровой кружок. Настоящие певчие не приходят — их приводит Господь, и порой самыми удивительными путями. Как сказала
одна моя знакомая, настоящий певчий по своей воле с клироса не уйдет. Будет переживать неудачи, молиться, учиться, но без клироса не сможет.

/Татьяна Ивашкова/

/"ПРАВОСЛАВИЕ И СОВРЕМЕННОСТЬ"

11:21 

Собор Архангела Михаила и прочих небесных сил бесплотных.

Поздравляю всех с праздником Святого Архистратига Божия Михаила и небесных сил!
Пусть Господь молитвами ангелов своих дарует вам всем здравие телесное и душевное!
www.patriarchia.ru/db/text/58514.html.

Собрался сегодня служить Божественную Литургию. Облачился, все приготовил.
8:00, пора бы возглас на часы давать, а хора нет! Ни кто из хора не показался в храме.
Народ стоит в недоумении. Пришлось мне служить молебен с акафистом Архангелу Михаилу,
ну и панихиду после, чтобы народ собравшийся утешить.
Вот такие наши "примы"! Стоит наверное и их поздравить
с тем, что до такого докатились!

15:01 

Анти-Хэллоуин


Праздник Хэллоуин чужд православному человеку, и это практически любой священник утверждает в своей проповеди.
Не исключением являюсь и я. Поскольку праздник пришлый к нам, прежде всего необходимо узнать его историю.
По моему здесь удачно и понятно объясняется история праздника. Не буду переносить к себе на страницу, дам только ссылку.
www.halloween.estprazdnik.ru/istoriya-poyavleni... Явно следует из описания то, что
праздник, не смотря на сегодняшнюю его массовость и светскость, все же первоначально являет собой языческий обряд.
Что уже настораживает любого православного, хотелось бы в это верить! Но тем не менее, привлекает нынешней своей
формой всех желающих "безбашенного отрыва" повеселиться на славу. Православным не чужды праздники, но характер их
совершенно иной и не носит в себе даже намека к тому, чтобы приобщиться к "нечистой силе" образом или видом.
Мы должны помнить, что единственный образ, коим мы и являемся и обязаны его в себе выявлять и совершенствовать,
является образ Божий и не чей иной! Ни кошечки, ни собачки, ни хомячка, ни зайчика. Тем более врага спасения - беса!
Человеку не случайно дана свободная воля выбора между добром и злом. И ни кто его принудить к той или иной стороне не имеет права,
и как видим, не может. Имея же подражание "нечистой силе", мы как бы призываем ее в свою жизнь. Нет ни привидений, ни восставших мертвецов.
Нет инопланетян штурмующих наши мозги. Есть проявление одной и той же силы, противной Богу, которая показывает себя во всех этих личинах.
По сути все те кто сталкивается с подобными проявлениями и являются безусловными причинами своих несчастий.
Своей волей впуская в свою жизнь демонов, терзающих воображение, пугающих привидением....одним словом внушающим страх.
А страх, как мы можем убедиться из житий святых, является первым признаком присутствия беса и провоцирует оставить истинную
веру и вернуться к суеверию. Что мы и видим во дни этого праздника. Не позволяйте тьме привлечь вас карнавальными масками и весельем.
Вы даже не заметите, как примите сами все то, что наяву чуждо вашей душе и губительно, оказавшись в плену иллюзии.
И это будет вашим выбором, потому что захотите обмануться! Я не фанатик, чтобы оголтело бежать и сражаться с различными
проявлениями чуждых нам культур и мнений. Да и не к чему. Священник должен предупреждать о грозящей опасности для души
того или иного выбора человека, а человек выбирает сам! Толи ему жить в мире иллюзий и привидений, или прозревая умом
икать единственного решителя всех проблем, будь они духовными или телесными, Бога!
Вот почему я против этого праздника.

13:35 

Святитель Игнатий (Брянчанинов) Отечник

Повести из жития старцев, преимущественно египетских,
которых имена не дошли до нас
Повесть 41-50

41. Один из старцев сделался болен, и в течении многих дней не мог употреблять никакой пищи. Ученик его убедительно просил его, чтоб он позволил приготовить для него немного киселя. Старец согласился. У них был сосуд с медом, и другой подобный сосудец с маслом, выжатым из льняного семени; масло это уже протухло и не годилось ни для какого употребления, разве для лампады. Брат по ошибке положил в приготовленную им пищу масло, полагая, что кладет мед. Старец отведал, не сказав ничего, но молча стал есть. Когда была подана третья перемена, старец сказал ученику: сын! я не могу более есть. Этот, желая, чтоб он еще поел, сказал: авва! кисель хорош, и я поем его. С этими словами он отведал, - и понял сделанную им ошибку. Он пал к ногам старца, говоря: увы мне, авва! я убил тебя. Какой грех возложил ты на меня, ничего не сказав мне! Отвечал ему старец: не огорчайся! если бы благоугодно было Богу, чтоб я вкусил хорошей пищи: то ты положил бы меду, а не того, что положил [1].

42. Некоторый брат вопросил старца, говоря: отец! что мне делать! я не могу преодолеть помышлений. Старец отвечал: я никогда не подвергался нападению помышлений. - Соблазнился брат, - пошел к другому старцу, говорит ему: вот, что сказал мне такой-то старец! я соблазнился на него, потому что сказанное им неестественно человеку. Второй старец отвечал: не без причины сказал тебе это слово человек Божий: поди, и со смирением попроси, чтоб он объяснил тебе сказанное им. Брат возвратился к первому старцу и сказал ему: авва! прости меня: я поступил безрассудно, что ушел от тебя, не простившись с тобою. Но объясни мне, прошу тебя, каким образом ты пребываешь без борьбы с помыслами? Старец отвечал: с того времени, как я - монах, не вкусил я досыта ни хлеба, ни воды, ни сна, - и это не попустило меня до такой борьбы с помыслами, о какой ты спрашивал. Брат вышел от старца, получив помощь от его слова [2].

43. Некоторый брат приходил в келлию великого старца и крал у него жизненные припасы. Старец видел это. Он не обличил брата, но занялся более рукоделием, говоря: думаю, - этот брат нуждается. И нес старец тяжкую скорбь, терпя большой недостаток в хлебе. Когда старец кончался, - братия окружили его. Он, увидев между ними брата, который постоянно крал у него хлеб, сказал ему: подойди ко мне, брат! Брат исполнил это. Тогда старец схватил руки его, начал целовать их, говоря: благодарю эти руки! при посредстве их я надеюсь войти в Царство Небесное. От этих слов брат умилился, принес покаяние, соделался строгим монахом по примеру старца, действий которого он был очевидцем [3].

44. Некоторый брат тем был веселее духом, чем более бесчестили его и насмехались над ним. Он говорил: бесчестящие нас и насмехающиеся над нами доставляют нам средства к преуспеянию, а похваляющие нас вредят душам нашим. Говорит Писание: людие Мои! блажащие вы, льстят вы (Ис. 3, 12).

45. Другой старец, когда был обижен кем, спешил - если обидевший был близко - сам воздать ему за зло добром; если же жил далеко, то посылал ему чрез других подарки.

46. Два старца жили в одной келлии, и никогда не возникало между ними ни малейшего неудовольствия. Видя это, один сказал другому: поссоримся и мы, хотя однажды, как ссорятся люди. Другой отвечал: я вовсе не знаю, каким образом может породиться ссора. Первый сказал: вот, я поставлю посреди нас глиняную посуду и скажу: она моя, а ты скажи: она - не твоя, а моя. Из этого родится спор, а из спора - ссора. Сговорившись так, они поставили посуду посреди себя, при чем один сказал: она - моя. Другой отвечал: а я полагаю, что она - моя. Первый опять сказал: не твоя она, но моя. Тогда второй отвечал: а если она - твоя, то возьми ее. Таким образом они не могли достичь до того, чтоб поссориться [4].

Вот плод жительства по евангельским заповедям и навыка к смирению. Сердце, стяжавшее этот навык, - неспособно к сварливости и ссорам: оно готово на все уступки для избежания спора и ссоры.

47. Некоторый брат, живя в общежительном монастыре и часто побеждаясь гневом, сказал сам себе: пойду в пустыню: может быть там, не имея с кем ссориться, успокоюсь от страсти. Он вышел из монастыря, и стал жить один в пустыне. Однажды он наполнил водою сосуд свой и поставил его на землю. Сосуд внезапно опрокинулся. Во второй раз случилось то же. В третий раз кувшин также опрокинулся: монах, рассердясь, схватил кувшин, ударил о землю. Кувшин разбился. Возвратясь к себе, брат начал размышлять о случившемся, и понял, что враг поругался над ним. Тогда он сказал: вот! я - один; однако побежден страстию гнева. Возвращусь в монастырь: видно - везде нужны борьба с самим собою и терпение, в особенности же помощь Божия. И встав, возвратился монах в обитель свою [5].

Святые наставники монашества строго воспрещают монахам, в которых сильно действует гнев, жительство наедине, в пустыне или в затворе. От уединенного жительства гневная страсть усиливается и возрастает; в общежитии она врачуется [6], но единственно при условии: если монах решится каждый раз, когда он увлечется гневом и вспыльчивостью, просить прощения и раскаиваться, а не оправдывать себя и не обвинять других.

48. Брат спросил старца: благослови мне иметь у себя две златницы по немощи тела моего. Старец, видя произволение его, что он желает удержать их у себя, сказал: имей. Брат возвратился в келлию, - и начали тревожить его помышления, говоря: как ты думаешь? благословил ли тебе старец иметь деньги, или нет? Встав, пришел он опять к старцу, и так спросил его: ради Бога, скажи мне истину: потому что помышления смущают меня по поводу двух златниц. Старец отвечал: я видел твое произволение иметь их, почему и сказал тебе: имей их, хотя и неполезно иметь более, нежели сколько нужно для тела. Две златницы составляют надежду твою, как бы Бог не промышлял о нас. Но легко может случиться, что ты утратишь их: тогда погибнет и надежда твоя. Возложи надежду твою на Бога: потому что Он печется о человеках [7].

Священное Писание называет сребролюбие идолослужением: сребролюбие переносит любовь сердца (в вере и надежде) от Бога к деньгам, соделывает деньги Богом, - истинного Бога уничтожает для человека. У сребролюбца нет Бога. Бог сребролюбца - капитал его. Нестяжание есть один из обетов монашества; нестяжанием и девством или непорочным вдовством монах отличается от мирянина, обязанного соблюдать все заповеди Христовы наравне с монахом: отвержение нестяжания есть отвержение монашества, - есть попрание обетов, данных при пострижении в монашество. Бог обетовал воздать каждому человеку по делам его. Это с особенною ясностию исполняется над сребролюбцами. Соделавшись чуждыми Бога произвольно, ради сребролюбия, они невольно расстаются с идолом своим - капиталом, по общему, всем известному, неизвестному для сребролюбца, закону смерти, - нередко и прежде смерти. Они переходят в вечность с одним отчаянием. Замечено, что монахов-капиталистов постигает наиболее внезапная смерть, или вовсе лишая их покаяния, или похищая в таком душевном расстройстве, что покаяние их ограничивается одним мертвым, поверхностным соблюдением формальности. Душа, заблаговременно умершая для истинного Бога, признавшая богом идола, неспособна выразить своей жизни в Боге покаянием. Оставленный умершим поклонником своим идол соделывается предметом соблазна и многообразного повода ко греху для предъявляющих право на обладание идолом: оставивший землю идолопоклонник, не взявший с собою ничего в вечность, продолжает жить на земле злодеяниями, источающимися обильно из оставленного им капитала. - Монахи-капиталисты! послушайтесь Господа Бога, вашего, призывающего вас к спасению из пропасти, в которой вы погрязли! послушайтесь, доколе имеете время для послушания! послушайтесь для того, чтоб соделать капиталы ваши неотъемлемою собственностию вашею: дадите милостыню сотворите себе влагалища неветшающа, сокровище неоскудеемо на небесех: идеже бо сокровище ваше будет, ту и сердце ваше будет (Лк. 12, 33-34), в верный залог или вашего вечного блаженства, или вашего вечного бедствия.

49. Некоторый монах в Нитрии, более бережливый нежели скупой, забыв, что за тридцать серебреников продан был Господь наш Иисус Христос, накопил сто златниц, занимаясь тканием полотна. Монах умер, - златницы остались. Монахи собрались для совещания, что делать с деньгами; там жило около пяти тысяч монахов, каждый в отдельной келлии. Одни присуждали раздать деньги нищим, другие - отдать в церковь, некоторые - передать родственникам. Но Макарий, Памво, Исидор и другие святые старцы, по действию обитавшего в них Святого Духа, определили: похоронить деньги вместе с господином их, и при этом сказать почившему: сребро твое да будет с тобою в погибель (Деян. 8, 20). Это событие навело такой ужас и страх на всех монахов Египта, что с того времени они признавали за тяжкий проступок иметь в запасе даже одну златницу. Действие могло показаться жестоким, но деятели были лишь орудиями Святого Духа [8].

Тяжким, по-видимому слишком жестоким было поражение внезапною смертию Анании и Сапфиры за сребролюбие (Деян. 5). Но деятелем был Святой Дух, - и пред Его действием должно умолкнуть всякое человеческое суждение, неспособное быть судьею никакого дела Божия. Действия неограниченного, всесовершенного Бога естественно не подлежат и не могут подлежать суду ограниченного человека. В первенствующей Церкви, когда благодать Духа действовала с особенным обилием и очевидностию, наказания виновных пред Святым Духом были быстрее и очевиднее. Так, по повествованию преподобного Кассиана, святой старец египетского Скита Моисей за одно противоречие Духоносному Макарию Великому подвергся тотчас беснованию [9]. Наказания и казни существуют и ныне. Ныне долготерпение Божие, Его милость к нам немощным и страстным, предоставляет нам более времени на рассматривание нашего поведения под водительством слова Божия на покаяние; но пребыванию в ожесточении и нераскаянности непременно последуют наказание и казни.

50. Некоторый монах имел брата мирянина бедняка, и все, что вырабатывал, отдавал брату бедняку; но этот беднел тем более, чем более подавал ему монах. Видя это, монах пошел к некоторому старцу и рассказал ему о случающемся. Старец отвечал: если хочешь послушать меня, - более ничего не давай ему, но скажи ему: брат! когда у меня было, я давал тебе: теперь ты трудись, и что выработаешь, отдавай мне. Все, что он ни принесет тебе, принимай от него и передавай какому-либо страннику или нуждающемуся старцу, прося, чтоб они помолились о нем. Монах поступил по этому наставлению: когда пришел к нему брат-мирянин, - он сделал так, как заповедано было ему старцем, и мирянин ушел от него печальный. Но вот, по прошествии некоторого времени приходит и приносит из сада несколько овощей. Монах, приняв их, отдал старцам, прося их, чтоб молились за брата его. Когда они приняли это приношение, мирянин возвратился в дом свой. Несколько спустя опять принес он овощей и три хлеба; монах, приняв их, поступил как и в первый раз, а мирянин, получив благословение, ушел. В третий раз он принес уже много съестного припасу, и вина и рыбы. Монах, увидев это, удивился, и созвав нищих, угостил их трапезою. При этом сказал он мирянину: не имеешь ли нужды в нескольких хлебах? Тот отвечал: нет, владыко! Прежде, когда я брал у тебя что-либо, - оно входило как огонь в дом мой и пожирало его; ныне же, когда не принимаю от тебя ничего, имею все с избытком, и Бог благословил меня. Монах пошел к старцу и пересказал ему все случившееся. Старец сказал ему: разве ты не знаешь, что имущество монаха - огонь? куда оно входит, там пожигает все. Брату твоему полезно от труда своего творить милостыню, чтоб за него молились святые мужи. Таким образом он наследует благословение и умножится имущество его [10].

11:40 

Понравился фильм



Для размышления!

18:47 


00:10 

Душе моя.....


13:43 

Третье обретение главы Предтечи и Крестителя Господня Иоанна.

Иоанну Крестителю отрубили голову по приказу иудейского царя Ирода.
Из Евангелия мы знаем, что царь Ирод, восхищенный танцем Саломеи, поклялся исполнить все, чего она пожелает. По совету матери, Иродиады, (возлюбленной Ирода и жены его родного брата) Саломея попросила преподнести ей на блюде голову Иоанна Крестителя. Побоявшись преступить клятву, Ирод велел отрубить великому пророку голову и отдать ее Саломии, та же отдала ее своей матери.
По преданию, когда ученики пришли забрать тело Иоанна Предтечи, чтобы предать его земле, Иродиада не отдала им голову, но надругалась над ней и закопала ее отдельно. Некая Иоанна, жена царского домоправителя Хузы (об этой женщине говорит евангелист Лука в 3-м стихе 8-й главы Евангелия), знала, где Иродиада закопала голову. Она взяла святыню, поместила в сосуд и погребла на Елеонской горе в одном из поместий Ирода.
Спустя много лет поместье это перешло во владение благочестивому вельможе Иннокентию, который стал строить там церковь. Когда копали ров для фундамента, нашли сосуд с честной главой Иоанна Крестителя.
Так произошло Первое обретение главы. Некоторое время она тайно хранилась у Иннокентия, а перед смертью, боясь, что святыня может быть поругана неверными, Иннокентий снова закопал голову в том же самом месте. где она была найдена.
Когда голову нашли во второй раз, во времена царствования императора Константина Великого, после ряда событий ее привезли в столицу Византийской империи – Константинополь. Когда в империи началось иконоборчество, от греха подальше голову увезли в город Команы и закопали в землю. Как и вельможа Иннокентий, христиане рассудили, что лучше святыне временно пребывать в земле, чем быть поруганной.
Когда ересь была побеждена, почитание икон и святынь восстановлено, опасность поругания исчезла. В ночном видении Патриарх Игнатий (847 - 857) узнал, где спрятана глава. Святейший сообщил об этом византийскому императору, и специальное посольство отправилось в Команы за святыней. Там глава и была обретена - уже в третий раз в истории. Произошло это около 850 года.
Позже святыню привезли в Константинополь и 25 мая (а по новому стилю – 7 июня) положили в придворной церкви.
Часть святой главы позднее была передана на Афон.
В нашем храме есть малая частичка этой святыни! Вставлена эта частица мощей святого Иоанна Предтечи в икону с изображением Его честной главы.
Но как зачастую бывает, даже постоянные прихожане готовы нестись за тридевять земель, чтобы приложиться к любой святыне, а свою святыню
оставляют без почтения. Нет пророка в свое отечестве!!! Вот и сегодня молился я за Божественной Литургией только с двумя певчими и одним алтарником.
Прихожан вовсе не было! Хотите покажу мерзость запустения? Так вот она!

И кончины мира еще нет, а православные уже в храм не идут! Идут куда угодно....митинги, затворы, расколы, концерты и выставки под вывеской православные.
А молиться ни кто не хочет в храме!!! Это больно видеть и осознавать любому священнику.
Надеюсь, что молитвами святого Иоанна Предтечи, который жизнь свою положил за Христа и правду Божию, снизойдет на всех нас вразумление о том, что есть главное
в жизни человеческой, а что суетно и мимопроходящие! Да не останемся в час Страшного Суда без заступления святого угодника Божия!

12:43 

Проект документа «Позиция Русской Православной Церкви по ювенальной юстиции»

Смотреть здесь - www.patriarchia.ru/db/text/2255583.html

О ВОСПИТАНИИ ДЕТЕЙ

Притчи Соломона

13 24 Кто жалеет розги своей, тот ненавидит сына; а кто любит, тот с детства наказывает его.

17 6 Венец стариков — сыновья сыновей, и слава детей — родители их.
25 Глупый сын — досада отцу своему и огорчение для матери своей.

19 13 Глупый сын — сокрушение для отца своего, и сварливая жена — сточная труба.
18 Наказывай сына своего, доколе есть надежда, и не возмущайся криком его.
19 Гневливый пусть терпит наказание, потому что, если пощадишь [его], придется тебе еще больше наказывать его.
26 Разоряющий отца и выгоняющий мать — сын срамной и бесчестный.

20 20 Кто злословит отца своего и свою мать, того светильник погаснет среди глубокой тьмы.
21 Наследство, поспешно захваченное вначале, не благословится впоследствии.

22 6 Наставь юношу при начале пути его: он не уклонится от него, когда и состарится.
15 Глупость привязалась к сердцу юноши, но исправительная розга удалит ее от него.

23 12 Приложи сердце твое к учению и уши твои — к умным словам. 13 Не оставляй юноши без наказания: если накажешь его розгою, он не умрет; 14 ты накажешь его розгою и спасешь душу его от преисподней. 15 Сын мой! если сердце твое будет мудро, то порадуется и мое сердце; 16 и внутренности мои будут радоваться, когда уста твои будут говорить правое.
19 Слушай, сын мой, и будь мудр, и направляй сердце твое на прямой путь. 20 Не будь между упивающимися вином, между пресыщающимися мясом: 21 потому что пьяница и пресыщающийся обеднеют, и сонливость оденет в рубище. 22 Слушайся отца твоего: он родил тебя; и не пренебрегай матери твоей, когда она и состарится. 23 Купи истину и не продавай мудрости и учения и разума. 24 Торжествует отец праведника, и родивший мудрого радуется о нем. 25 Да веселится отец твой и да торжествует мать твоя, родившая тебя. 26 Сын мой! отдай сердце твое мне, и глаза твои да наблюдают пути мои, 27 потому что блудница — глубокая пропасть, и чужая жена — тесный колодезь; 28 она, как разбойник, сидит в засаде и умножает между людьми законопреступников.

29 15 Розга и обличение дают мудрость; но отрок, оставленный в небрежении, делает стыд своей матери.
17 Наказывай сына твоего, и он даст тебе покой, и доставит радость душе твоей.



Премудрость Иисуса сына Сирахова

3 Дети, послушайте меня, отца, и поступайте так, чтобы вам спастись, 2 ибо Господь возвысил отца над детьми и утвердил суд матери над сыновьями. 3 Почитающий отца очистится от грехов, 4 и уважающий мать свою — как приобретающий сокровища. 5 Почитающий отца будет иметь радость от детей своих и в день молитвы своей будет услышан. 6 Уважающий отца будет долгоденствовать, и послушный Господу успокоит мать свою. 7 Боящийся Господа почтит отца и, как владыкам, послужит родившим его. 8 Делом и словом почитай отца твоего и мать, чтобы пришло на тебя благословение от них, 9 ибо благословение отца утверждает домы детей, а клятва матери разрушает до основания. 10 Не ищи славы в бесчестии отца твоего, ибо не слава тебе бесчестие отца. 11 Слава человека — от чести отца его, и позор детям — мать в бесславии. 12 Сын! прими отца твоего в старости [его] и не огорчай его в жизни его. 13 Хотя бы он и оскудел разумом, имей снисхождение и не пренебрегай им при полноте силы твоей, 14 ибо милосердие к отцу не забыто; несмотря на грехи твои, благосостояние твое умножится. 15 В день скорби твоей вспомянется о тебе: как лед от теплоты, разрешатся грехи твои. 16 Оставляющий отца — то же, что богохульник, и проклят от Господа раздражающий мать свою.

16 Не желай множества негодных детей и не радуйся о сыновьях нечестивых. Когда они умножаются, не радуйся о них, если нет в них страха Господня. 2 Не надейся на их жизнь и не опирайся на их множество. 3 Лучше один праведник, нежели тысяча [грешников], 4 и лучше умереть бездетным, нежели иметь детей нечестивых, 5 ибо от одного разумного населится город, а племя беззаконных опустеет.

22 Грязному камню подобен ленивый: всякий освищет бесславие его. 2 Воловьему помету подобен ленивый: всякий поднявший его, отряхнет руку. 3 Стыд отцу рождение невоспитанного сына, дочь же [невоспитанная] рождается на унижение. 4 Разумная дочь приобретает себе мужа, а бесстыдная — печаль родившему. 5 Наглая позорит отца и мужа, и у обоих будет в призрении.

30 Кто любит своего сына, тот пусть чаще наказывает его, чтобы впоследствии утешаться им. 2 Кто наставляет своего сына, тот будет иметь помощь от него и среди знакомых будет хвалиться им. 3 Кто учит своего сына, тот возбуждает зависть во враге, а пред друзьями будет радоваться о нем, 4 Умер отец его — и как будто не умирал, ибо оставил по себе подобного себе; 5 при жизни своей он смотрел на него и утешался, и при смерти своей не опечалился; 6 для врагов он оставил в нем мстителя, а для друзей — воздающего благодарность. 7 Поблажающий сыну будет перевязывать раны его, и при всяком крике его будет тревожиться сердце его. 8 Необъезженный конь бывает упрям, а сын, оставленный на свою волю, делается дерзким. 9 Лелей дитя, и оно устрашит тебя; играй с ним, и оно опечалит тебя. 10 Не смейся с ним, чтобы не горевать с ним и после не скрежетать зубами своими. 11 Не давай ему воли в юности и не потворствуй неразумию его. 12 Нагибай выю его в юности и сокрушай ребра его, доколе оно молодо, дабы, сделавшись упорным, оно не вышло из повиновения тебе. 13 Учи сына твоего и трудись над ним, чтобы не иметь тебе огорчения от непристойных поступков его.

42 9 Дочь для отца — тайная постоянная забота, и попечение о ней отгоняет сон: в юности ее — как бы не отцвела, а в замужестве — как бы не опротивела; 10 в девстве — как бы не осквернилась и не сделалась беременною в отцовском доме, в замужестве — чтобы не нарушила супружеской верности и в сожительстве с мужем не осталась бесплодною. 11 Над бесстыдною дочерью усиль надзор, чтобы она не сделала тебя посмешищем для врагов, притчею в городе и народе и не осрамила тебя перед обществом.

12:07 

Вот и лето наступило!

12:44 

Так мы теперь смотримся изнутри!


12:24 

Поздравляю всех с праздником Святой Троицы.
Промыслительно, что к этому дню закончили роспись в храме
и мы служили уже в обновленном алтаре. Сердце переполняется радостью,
когда видишь, что твое стремление и задумка воплотилась.
Думается, что не один я рад этому. И прихожане тоже воодушевляются.
В этом году будет 10 лет как меня назначили настоятелем в этот храм.
И каждый год в храме что то да обновляли, и еще много чего надо сделать.
Но, слава Богу, основное, что служило мне своеобразным укором,
это роспись никогда не закрывавшегося храма,
закончена!

Пусть благодать Святаго Духа обновляет и радует ваши сердца,
как сегодня радуется моё!!!

22:32 

Сегодня радостный для меня день. Вчера разобрали в храме леса.
И вынесли весь строительный мусор. А сегодня после Литургии
мы начали уборку. Столько пыли и грязи. Спаси Христос добрых прихожан
за помощь. Все помыли, иконы развесили....благодать!
Я даже прослезился. Наконец то будем служить в центральном алтаре.
Роспись закончена, осталось немного оформить интерьер.
На Троицкую родительскую будет первая служба после ремонта.

Блог иг. Давида

главная